Sketches. Life is short 4

Мы поехали в План. Вместе с Толяном был его приятель, Дима Рыбак. Его называли обычно «Рыбббак», так, пафосно. Я знаю, на сленге утроенные согласные означают, что ты в своем деле так крут, что надо это как-то изобразить. Рыбббак предложил мне по пути попеть всякие песенки под гитару. Он также объявил:

-Пацаны, денег нет. Если по пути закончится бензин, не за что будет купить. Приедем на План, там бабки есть. Орлик там организует баб.

Я был молод, вопросов не задавал. До Плана мы доехали. Оказалось, деревня такая и была – План. Рядом, через пруды, было село Северо-Южное. По приезду мы бегом побежали к столу и тут же налили. Надо было готовится к бою. Пацанчики, помимо прочего, занимались тем, что ездили из Плана на дискотеку в Ильич, это в трех километрах, там брали местных девушек, везли сюда, и начиналась вакханалия.

Так было и в тот раз.

-Сепа, поехали, — сказали мне.

Значит, были я, Толян, Орлик и еще один парень, который был у них работником за бухло. Ему покупали одну бутылку в день, но он находил на Плану еще что-то. Так как магазина тут не было, ходили на дом. Там был и газ, и квас, и чипсы. Еще были орешки. То есть, это были сухарики, но на плану все сухарики именовались орешками. Так вот, парень этот был из Свердловска. Жил он уже вот так лет пять –кто-то где-то брал его на работы за водку и еду, плюс, если хозяин хороший, могли перепасть и бабы какие. Ага, я все не скажу, как его звали. Но хотя я не помню. Кажется, Саша. Нет, Коля. Так вот, тут, с парнями, Коле вообще хорошо было. Работал он лениво. Вставал, правда, рано, выходил на плантации. Иногда гонял местных. Один раз он заметил в кустах двух обнаженных девиц.

-Вы чо? – осведомился он.

-О, человек! – воскликнули они.

Оказалось, это были две любительницы приключений из Санкт-Петербурга. Они искали встречи  и секса, а на Плану у них жила какая-та бабка. В своих ожиданиях девушки не ошиблись. Коля пригласил их на обед. Обед длился дней пять. За это время весь двор был заполнен валявшимися бутылками и обвертками от презервативов. Впрочем, о последнем рассказывают для утяжеления рассказа.

Но вернемся к тому вечеру. Мы приехали в Ильич на двух машинах. Два окна местной дискотеке напоминали глаза адского чудовища на просторах самого ада. Вокруг мгла была страшной, глухой, и в этой глухоте тела перемещались, как зомби в каком-нибудь американском фильме. И потом, в этой же мгле кто-то что-то продавал, и все это покупалось, подсвечиваясь огнем спичек. Был 99-й год, и сотовых телефонов в Ильиче еще не было. Только спички и зажигалки. Продавали пиво с рук, сигареты, семечки, «орешки», сушеную рыбу, самогон. В кассе местного окна сидела тетка  с лицом, шире чем само окно, ее звали Солнце.

-Солнце, дай билетик.

Денег у многих не было, проходили иногда за еду. Например, один какой-то сосед по Плану, Ваня, что ли, нарвал на огороде пакет огурцов и прошёл за огурцы. Но все это лирика. Местных барышен мы насобирали, половина из них была в состоянии коматоза и никуда не годилась, все возраста от 17 до 20.  Так вот, и это не главное. Одна, протрезвев, ночью напала на Колю и покусала его. Другая вылила Орлику на причинное место чайник с кипятком. Оказалось, это была её фишка. Во время занятий сексом её так распирало, что она вскакивало и бежала к чайнику. Уже после мы узнали, что она уже пару раз получала сотрясение мозга за чайник. Так было и в тот раз. Но обошлось, и с ней, и с Орликом. Барышню, а звали её Дашей, откачали и отвезли в Ильич. На этот раз сотрясения мозга не было, но был сломан нос.

Так вот, всё это было в одну ночь. Колю покусала Люда, при чем, реально, как будто зверь из леса. На Орлика вылили кипяток. Я и Толян пили до утра водку. Когда на востоке стало розоветь, Толян объявил:

-Поехали в Липаты.

-А это что? – осведомился я.

-На трассе, брат.

-И чо там делать?

-Да ничо. Просто. Поехали.

-Да?

-Липаты, брат.

-Липаты.

-Эх, кто не был в Липатах, тот не жил. Липаты!

Само собой, было понятно, что в Липатах можно взять сигарет и водки и продолжить гудёж. На деле, были это не Липаты, а пара домов на трассе рядом с заправкой. Ночами там зависала разная непонятная блатота – может, крутые их окрестных сёл. Была там и саунка, и нумера, и магазин круглосуточный. Туда-то мы и двинулись. По трассе Толян разогнался километров до 120 и начал петь, а во время пения – засыпать. Наконец, он заснул за рулем, машина слетела с трассы, но не перевернулась. Я попытался вырулить. Потом, уже вновь на трассе, я принялся толкать Толяна, и он, проснувшись, закричал:

-Хуйня, братан! Жизнь коротка!

Мы приехали в Липаты, Толян там тут же словил приключений, и мы подрались с армянами. Толян, конечно, был не прав. Те сидели с ночи. Такие же как мы, только еще более черти, так как черт – вообще понятие не русское. Да и на картинках чертей черными рисуют.

Взяли мы еще водки, еще пива, еще сигарет, вернулись на План, но там уже сил ни на что не было. Вернулся я оттуда вообще через неделю. Но скажу вам, ребята, сейчас уже нет того времени. Не мне вам объяснять. Ничего уже не вернуть.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back to Top